(газета “7+7″ выходит в Германии для русскоязычной аудитории)

Жанна, я слышала, что у вас, кроме французских, есть и немецкие корни. Это правда? И, если да, то не могли бы вы рассказать, кто ваши родственники по немецкой части?

Это все по линии отца. Страшное дело, наверное, не помнить, не знать своих истоков, но это у нас принято чуть ли не на государственном уровне. По поводу своих немецких корней не могу сказать ничего сколько-нибудь определенного, но помню, что папа часто говорил с непонятной мне гордостью о двух немецких спортсменках, сестрах, с которыми, как он считал, мы находимся в отдаленном родстве. Их тогда показывали по телевизору, писали в газетах. Он собирал вырезки. Тогда мне это было мало интересно — а сейчас уже не у кого спросить. Однако я чувствую родство с германской землей на неком метафизическом уровне.

В одном из ваших интервью я читала, что вы бывали в Германии (имелись в виду гастроли с детскими спектаклями — если я правильно поняла). Хотя, возможно, вы бывали там и позже… Что вам удалось посмотреть и какое впечатление осталось от страны, атмосферы, людей?

Германия для меня — волшебная страна, “дивный новый мир”, который я увидела в 92 году. Знаете, для советского человека первая настоящая заграница как первая любовь. Всегда без свадьбы, но помнится до гроба. Мы с театром приехали в Кельн, я вышла на вокзале, увидела собор и поняла, что уже достаточно. От него веет такой мощью и светом, он так красив и беззащитен, вписанный в индустриальный мир большого города, что от внезапно нахлынувших чувств захотелось плакать. Я поняла, что встреча с другой культурой гораздо сильнее эмоционально, чем я ожидала. Потом мы ездили по всей стране, были во всех крупных городах, и впечатление лишь нарастало. Германия, наверное, самая европейская страна в мире. Совершенно особенная атмосфера страны, настолько устремленной в будущее, что для обычного в этом случае пафоса не находится места. Бережное отношение к истории. Терпимость к проявлениям инакомыслия. Чудесная природа. Уютные дома. Вкусная еда. Красивые, уверенные в себе люди.

Вы часто говорите о себе: я сначала женщина, а потом уже актриса. Вы много внимания уделяете своим сыновьям, я читала ваше выступление на радио “Эхо Москвы” в программе о проблемах воспитания… Сейчас, после вашего довольно бурного успеха на ТВ (я имею в виду сериал “Бальзаковский возраст…”), вам труднее или легче стало находить общий язык с детьми? Как теперь воспринимают вас дети?

Конечно, я сначала женщина, а затем все остальное. Женщина я довольно давно, а актриса — каких-нибудь двадцать последних лет. При этом одно другому не очень мешает. Детям нравится видеть меня в журналах. Они видят, что мама у них молодец. Ничем не хуже Лары Крофт, расхитительницы гробниц. Мои парни здорово меня поддерживают. И, в отличие от большинства, всегда прощают мне промахи и неудачи. А потом, если бы не они, моя работа была бы мне не так уж и важна. С тех пор, как я осталась одна, мне нужно больше работать. Мальчики это понимают и прощают мне мое отсутствие дома. Впрочем, их отец берет на себя большую часть заботы об их воспитании.

Я читала, что в одном из психологических тестов вы представили себя трамваем, который идет по наезженной колее, по твердым рельсам. И сразу снялись в сериале “Рельсы счастья”. Несколько слов скажите, если можно, об этом новом проекте и о других, где, кроме “Бальзаковского возраста…”, вас смогут увидеть русскоязычные зрители в Германии.

“Рельсы Счастья” — история проводницы поезда дальнего следования, поданная в эстетике сказочного реализма. Я играю главную роль. Женщину трудной судьбы. Женщину, которая не сдается. Работа над проектом еще не закончена, я даже не знаю, как будет выглядеть картина после окончательного монтажа. Но уверяю, там должно остаться много смешных поворотов, ради которых сериал можно смотреть. 23 февраля в прокат выйдет фильм “Большая Любовь” — романтическая сказка о любви молодого советского генерала и стюардессы Аэрофлота. Я играю стюардессу, подругу главной героини. Сейчас я репетирую в довольно представительной актерской компании известную пьесу “Цветок Кактуса”. Это антреприза, мы сдаем спектакль в середине марта. И если нас пригласят на немецкую сцену — я буду счастлива.