Фестиваль детского фильма «Алые Паруса» как бы и не фестиваль даже, а что-то особенное, чему, кажется, ещё не придумали названия. Но обязательно придумают. Всегда всему придумывают названия. Недавно я узнала, что в японском языке есть слово, которое можно перевести как «хитроумное связывание веревками обнаженной женщины для последующего сексуального использования или эстетического любования эротического свойства». Чего уж там фестиваль.… Далее

Когда я вчера вечером вышла из дома, светило низкое солнце, и я сразу поняла, что забыла дома солнцезащитные очки. Щурясь и прикрывая глаза рукой, направилась к своей машине, и тут передо мной резко затормозил серебристый Мерседес. Не новый. Но серебристый. Затормозил и замигал аварийкой, стал гудеть клаксоном. Я не отнесла это на свой счет, но встревожилась. Когда я уже взгромоздилась на сиденье и уже снимала туфли (все москвички знают, что если ваши туфли дороже 900 рублей, управлять автомобилем нужно босиком), к машине подошел огромного роста чернокожий мужчина и стал барабанить в дверь. На мужчине была майка со страшным черепом, огромный серебряный амулет на цепи поверх майки с черепом, рваные в клочья джинсы голубого цвета и кроссовки из золотой кожи.

- Вы звезда! – сказал мне чернокожий – я вас знаю по программе про женщин без мужей! Дайте мне автограф, потому что вы популярны в моей стране, в Нигерии!

Чернокожий мужчина (до перестройки мы называли таких людей неграми и не видели в этом ничего плохого) был ростом под два метра, голос его гудел, как царь-колокол, красные белки его огромных выпученных глаз блестели и как-то особенно переливались. У меня не оказалось ручки. И чернокожий мужчина пошел за ней в свою серебристую машину. Я осталась покорно ждать. Он вернулся с фломастером и диском нигерийского певца, на нем я и написала, что, мол, всех благ тебе, Симон, большого человеческого счастья, твоя Жанна Эппле.… Далее

Уборка дома занимает до обидного много времени. Вообще иногда кажется, что времени совсем ни на что не остается. Все это свистит, как пули у виска Штирлица: мгновение, мгновение… А тут еще уборка дома, дома, откуда нужно переезжать. Обидно убирать дом, в котором тебя не будет больше никогда. Не посуду мыть, а, скажем, отмывать керамическую плитку за унитазом. Ту самую, которая отмывалась в последний раз еще при прежнем президенте. Дети не помогают (в отца, что ли?), домработницы ломят ненормальные цены, а потом проходят желтой тряпочкой по видимым поверхностям, и убираются восвояси, прихватив деньги и оставив запах Мистера Мускула и стоптанных старых башмаков. Невидимые поверхности остаются мне. На них уходит много времени, от этого мне грустно и тоскливо.… Далее

Меня с детства привлекали швейные машинки. Наверное, своей основательностью. И серьезностью. Если задуматься, швейная машинка – удивительно ассиметричная вещь. И она всегда тяжелее, чем выглядит. Когда вам нужно перенести швейную машинку с места на место, вы всякий раз готовитесь поднять что-то тяжелое, такое, у чего один край будет заметно тяжелее другого (и поэтому придется нести особенно осторожно), и все равно она оказывается немного тяжелей ожидаемого. И еще неудобней.

От швейной машинки исходит легкое ощущение угрозы: в ней же игла. Легко можно представить себе, как палец попадает, куда нельзя, и покрывается страшной стежкой. Пристально глядя на швейную машинку, понимаешь, что она не сразу остановит этого своего движения, кричи, не кричи. Это станок. С таким не шутят.

Швейная машинка выглядит дороже того, сколько обычно она стоит на самом деле. В ней щедро положено всяких металлов, блестящих и черных, есть разные регуляторы, ёмкости для шпулек, рычаги. Все это сделано с прихотливостью, которую видишь, рассматривая в музее страшные хирургические инструменты времен Булгакова.… Далее

Подруга Аврора и ее муж Лосось, в миру – режиссер Алексей Треман, переехали. И теперь с их балкона можно видеть Патриарший пруд. Ну или как там это называется. Кровавый закат над домами, квартиры, в которых стоит на годовой бюджет города Весьегонска, чистые машины внизу, одна другой краше и страшней, тощих длинноногих женщин, идущих из этих машин к своим подъездам в сопровождении плотных, лысеющих, короткостриженных брюнетов. Замечательный вид для вечерних медитаций.… Далее

Была на гастролях в Твери. Таинственный город. Второй раз заказывают спектакль «Развод по…». Второй раз за три года. То ли тема актуальна, то ли цирк там на ремонте, не поймешь. В этот раз играли в здании клуба при вагоностроительном заводе. Пришел директор и другие важные люди. Директор с тяжелым взглядом, как взгляд орудия с крейсера «Аврора». Люди подстать. Говорят, что завод не работает в прежнюю силу, работает три дня в… Далее