Путешествие в Петербург было особенным еще и потому, что Анфиса Чехова, подруга дней моих суровых, взяла с собой в поездку свою собачку. Собачка невелика и на кого-то невероятно похожа. На какого-то знакомого человека. Анфиса назвала ее Тиффани. Анфиса считает, что собачка похожа лицом на Одри Хепберн, ну и вообще. Мне же кажется, что она похожа на австралийского певца Ника Кейва. У нее такой же вопросительный взгляд.

Собачка спит в постели с Анфисой и вообще, кажется, оттягивается по полной. Так что если представить, что у Анфисы, как у всякой молодой сексуальной известной женщины? есть свой поклонник-маньяк, то он, кажется, должен умереть от зависти к собачке Тиффани.

Я росла в простой семье, в которой, разумеется, были свои закидоны, но приоритеты расставлялись четко: собакам – собачье место. Ну и кошкам – кошачье. Хотя вот моя мама последнее время к кошкам как-то особенно потеплела и они у нее развелись, как тараканы за мусорным ведром под подтекающей трубой. Кажется, что мама позволила им так расплодиться, чтобы не испытывать боль утраты по каждой конкретной кошке. Отряд не замечает потери бойца, если отряд большой.

Отношения людей и животных меня всегда болезненно интересовали, и теперь, когда есть время и я забыла очки, я думаю об этих маленьких собачках. Маленькая собачка у Микки Рурка, у Анфисы Чеховой и Алексея Панина. Не имею чести знать господина Рурка лично, а вот других знаю. Алексей и Анфиса кажутся мне теперь чем-то похожими. Разумеется, я имею ввиду не внешнее сходство.